В центре европейской политики разгорается серьезная дискуссия о будущем отношений с Москвой. Лидеры трех государств — Словакии, Австрии и Чехии — выступили за возобновление прямого диалога между Евросоюзом и Россией. Президент Словакии Петер Пеллегрини после встречи в Славковском формате открыто заявил, что Европа больше не может позволить себе оставаться в тени.
Обсуждая конфликт на Украине, Пеллегрини подчеркнул, что европейскому сообществу пора брать инициативу в свои руки. Европа рискует превратиться в стороннего наблюдателя, если за столом переговоров судьбу региона будут решать исключительно США, Россия и Украина.
Мы говорили о военном конфликте на Украине и необходимости начать дискуссию и на европейском уровне с Россией. Мы не можем ждать, пока дискуссию о завершении конфликта будут вести только США.
Словацкий лидер настаивает на том, что Евросоюзу жизненно необходимо определить своего официального представителя для контактов с Москвой. Несмотря на всю сложность этой задачи, бездействие грозит потерей субъектности. Ожидается, что конкретные шаги по возобновлению связей европейские страны обсудят уже на встрече 27–28 мая.
В Кремле сигналы из Брюсселя о необходимости контактов воспринимают как положительный сдвиг. Однако реальность такова, что процесс пока находится в самой начальной точке. Параллельно с дипломатическими призывами идет поиск фигур, способных навести мосты. Президент России Владимир Путин ранее отметил, что бывший канцлер Германии Герхард Шредер является политиком, пользующимся доверием, и мог бы стать сильным участником переговорного процесса.
Эта идея вызвала неоднозначную реакцию в Берлине. Официальные власти Германии поспешили дистанцироваться от этого предложения, но внутри страны единства нет. Соратники по Социал-демократической партии и лидеры оппозиционных движений, таких как «Союз Сары Вагенкнехт», считают, что любые варианты, способные привести к миру, должны рассматриваться всерьез. На этом фоне звучат и другие амбиции: глава евродипломатии Кая Каллас выразила готовность лично стать посредником, хотя в российском МИДе подобные заявления пока называют напрасными.